Андрій Коболєв: Депутати пропонують свої компанії, щоб продавати нам газ h Європи

Фото УНІАН

Продолжение. Первую часть интервью читайте здесь.

Это интервью глава нак «Нафтогаз Украины» дал 1. апреля.

День юмора не пропадал зря, авторы этих строк, вопрос об отношении в соответствии с планами правительства, чтобы представить его к государственной премии за взыскание 3 млрд грн газового долга с химпредприятий Дмитрия Фирташа.

Коболев ответил в определенном тоне: мол, лучше быть в компании увеличил зарплату.

Через несколько дней после интервью, оказалось, что это не совсем шутка. По данным ЕР, в ближайшее время зарплата членов правления «Нафтогаза» может быть повышен до примерно 1 млн грн в месяц.

Уже хотя бы за то, что последние несколько лет предприятия системы НАК перестали воровать с убытков, и действительно экономить бюджетные деньги с помощью системы ProZorro, можно было бы платить и больше.

Проблема только в несвоевременности. Такие деньги руководство госкомпании заслуживало в 2014-2015 годах, при проведении реальных реформ. В настоящее время нак «Нафтогаз Украины», как говорит и сам Андрей, «стоит на паузе». Основная причина-политическая нестабильность.

С уходом Арсения Яценюка административный иммунитет Коболева резко ослабла. А это значит, рассчитывать на быстрый возврат госкомпании к формированию цивилизованных правил игры на рынке не стоит – ближайший период глава НАК будет занят процессом самосохранения.

ОБ ОТНОШЕНИЯХ С КОЛОМОЙСКИМ И УЧАСТВОВАТЬ В ПЕРЕГОВОРАХ С НИМ ЯЦЕНЮК

— В какой стадии переговоры с «Приватом» о 10 миллиардов кубических метров газа, которые добыты «Укрнафтой» в последние несколько лет и до сих пор официально не заплатил «Нафтогаз»? Рядом ли идти на компромисс?

— Нет. Коломойский хочет получить максимальную рыночную цену. Это, если я не ошибаюсь, подал иск против «Нафтогаза», а против государства Украина на 5 миллиардов долларов. Это заоблачные деньги. Наша позиция несколько иная.

По закону, цена на газ в тот момент, чтобы определить НКРЭ. Мы не собираемся с ними спорить, это правильно или нет. Важный момент: в момент приватизации «Укрнафты», на момент вступления Коломойского на «Укрнафту», обязательство продавать газ по этой цене не было.

В соответствии с этим, тогда уже было обязательства «Укрнафты» продавать газ только для целей поставки ее населению.

Так у господина Коломойского, как мне кажется, одна из основных проблем в споре с Украиной-доказать, что государство в некотором смысле сделал его условий по сравнению с теми, которые были в момент входа в компанию.

— В мире, в этом процессе можно?

— Решение спорных вопросов в судах цивилизованный или один из цивилизованных процессов.

Они успешно выбранных газ. В 2010 Коломойскому удалось получить его обратно в определенном количестве. Вот, мне категорически не согласен идти. Кроме того, если не ошибаюсь, есть уголовное расследование против нас, о том, почему мы не исполняем решение суда и не понимаем, газ.

— Что вы думаете об опрятности «Укрнафты»?

— Идея санации рождается в процессе диалога между руководством «Укрнафты» и двух ее акционеров. Гигиена оставить текущее управление. В то время как мы не можем найти компромисс, убедить налоговую, что досудебная санация может остановить начисление штрафов и пеней на имеющуюся задолженность.

Если штрафы и пени берут, это только для 2016 года «Укрнафте» начислят около 4 миллиардов долларов. Такая сумма для компании, акции которых находятся в собственности нак «Нафтогаз» будет иметь крайне негативные последствия.

Основная цель санации — не списать долг (его нужно потушить), и согласовать разумный график погашения задолженности и утвердить список действий, который позволит «Укрнафте», чтобы найти для этого реальные средства.

— Что может быть таким источником?

— Операционной деятельности. Компания столкнулась в серьезной проблемой, потому что цена на нефть…

— Но это не первоисточник формирования задолженности. Основная проблема — работа менеджмента «Укрнафты» в пользу «Привата». Это же очевидно…

— Мы, во-первых, не до конца ясно. Во-вторых, если кому-то это очевидно, почему об этом нет ни одного уголовного дела? Поэтому давайте будем корректными до конца.

Понимая, что наш противник Игорь Валериевич Коломойский, который достаточно умело работает с юридическими претензиями, я бы воздержался от оценочных суждений того, что я еще не могу доказать.

С Роллинсом и Коломойским. Фото hromadske.tv

— Как вы оцениваете работу председателя правления «Укрнафты» Марка Роллинса?

— Предоставление в интервью для оценки мой раб правильно. У нас скоро состоится заседание наблюдательного совета, там будет и этот вопрос.

Как и на любой мой раб, я-к нему есть вопросы. Что касается баланса интересов, то г-н Роллинз за это время, пока он не дал мне повод сказать, что он в большей степени стремится к группе «Приват», чем «Нафтогаз.

— Тем не менее, в вопросе решения проблемы с оплатой 10 миллиардов кубических метров газа, он стоит на стороне Коломойского…

— Если бы я был главой «Укрнафты», я бы потребовал НАК расплатиться за газ. Как директор компании я пытался увеличить эту сумму.

Я был брошен в кресло, чтобы защитить интересы компании. Я от него другого и не ожидал, и я это много говорит, и много, он предупредил, что каждый менеджер, который будет падать в кресло, не закроет эту проблему.

Есть горячие головы, которые говорят: пусть подпишет отказ от этого долга, и он будет просто сказать, что его нет, и это правильно. Это неправильно, и любой адекватный человек понимает, что для него будут последствия. Я бы на месте миноритариев «Укрнафты» его за это засудил самым банальным образом.

Соответственно, я бы не ожидал от него других действий. В чем мое утверждение, что Роллинсу? В том, что он, с одной стороны, не спорит с формой для решения проблем, которые мы предлагаем, а с другой — ставит вопрос о возвращении газа. Это невозможно, этого не произойдет. По крайней мере, пока я здесь.

— Перефразируя, если бы у вас была возможность самостоятельно определить нового главу «Укрнафты», вы бы оставили Ролинза на месте?

— Нет, так что перефразировать не нужно. Меня вообще не нужно перефразировать.

— Правда ли, что линию поведения по вопросу решения газового долга «Укрнафтой» до привести вас от Арсения Яценюка?

— Нет. Арсений Петрович этого не страдает. Я встречаюсь с Коломойским. Как правило, мы сталкиваемся с Коломойским в присутствии Роллинса здесь.

— Вы хотите сказать, что не получал «директивы» о том, как вести переговоры с Коломойским?

— Нет. Наоборот. Я поговорить с Коломойским, выслушиваю его предложения, мы «перевариваем» у себя в «Нафтогазе» и в зависимости от того, кого касается эта проблема, заманивая на работу. На вопрос газовых долгов — это г-н Насиров.

— Яценюк в отношения «Нафтогаза» и «Привата» вообще не вмешивается?

— Мои отношения с Арсением Петровичем указывают на то, что я сама принимаю решения, я и сама на них отвечает. Кто бы что ни говорил по телефону, как показывает опыт моих предшественников, ответственность по-прежнему остается на человеке, ставящем подпись.

— Какое ваше отношение к прошлогодней идее Правительства о создании ВИНК на базе «Укрнафты», «Укртатнафты» и «Укртранснафты»?

— Я перестал верить в эту идею. Мне кажется, что Игорь Валерьевич — слишком сложный партнер для любой такой структуры.

— А Арсений Петрович согласен с вашим мнением?

— Я с Арсением Петровичем о том, с лета 2015 года. года вообще не говорил. По крайней мере, в разговоре со мной он эту тему ни разу не подняли.

— Знаете ли вы, что «приватовский» пакет акций «Укрнафты», который также должен быть принят в ВИНК, находится в залоге в рамках мирового соглашения между «Приватом» и EastOne Виктор Пинчук?

— Такие вещи, они мне не раскрывали.

О КОНФЛИКТАХ ВНУТРИ «НАФТОГАЗА» И СПОРИТЬ С НИКОЛАЕМ МАРТЫНЕНКО

— В последние несколько недель в «Нафтогазе» прошло несколько кадровых конфликтов. Постоянные попытки уволить своего заместителя Андрея Пасишника, глава службы безопасности Александр Савченко, планы сокращения рабочих обязанностей своего заместителя Сергея Переломы. Это связано с конфликтом различных центров управления НАК?

— Разрушения, Савченко, Пасишника на работу звал я.

— Звонит в колокол?

— Нет, не звонит в колокол по собственной инициативе. С Переломой я работал в «Нафтогазе» с 2005 года по 2006 год. У меня в команде есть определенный баланс. У меня есть Юрий Витренко — это человек-ракета. Распалась — это антипод Витренко.

Фото EP

— Это больше говорит о вашем талант равновесия. Вы знали, что он даст вам иммунитет от стороны парламентского комитета по ЭНЕРГЕТИКЕ, который возглавлял Николай Мартыненко, бывший работодатель Переломов.

— Вы слышали мои отношения с Мартыненко?

— Нет, скажите.

— Они у меня не самые хорошие в последнее время. У нас есть разница во взглядах на многие вопросы, которые привели к тому, что мы не общаемся. При том, я думаю, Преломления ценным членом моей команды.

— Мартыненко пытался на вас давить?

— Нет. Давайте без таких обвинений. Я бы на этом поставил точку. У нас с ним есть серьезная разница во взглядах. Точка.

— Попытка уволить начальника службы безопасности НАК Александра Савченко привела к тому, что он остался на должности, но при этом на ту же должность, которую назначил Константина Пожидаева. Что работают в «Нафтогазе», два директора по безопасности?

— Во-первых, у нас есть два директора по безопасности. У нас есть директор и есть руководитель отдела. Это разные позиции. Во-вторых, что эта проблема в ближайшее время будет решение.

— Что это?

— Я не хотел бы говорить заранее.

— Говорят, Пожидаева вам навязал Аваков.

— Не правда. Пожидаева я действительно нашел в системе министерства внутренних дел. Я просил Авакова рекомендации об этом человеке. Я искал в себе, сильный человек.

— А чем Савченко не сильный? Он был заместителем министра внутренних дел.

— Есть определенные претензии господину Савченко. Их правильно сейчас говорить, но они есть.

— Это связано с утечкой информации?

— Я не готов сейчас комментировать.

О КОРРУПЦИИ В МУНИЦИПАЛЬНЫЕ КОНТРАКТЫ НАК «НАФТОГАЗ», «СОБСТВЕННОЙ» ГАЗОВОЙ БИРЖЕ И ВЕДЕТ ПЕРЕГОВОРЫ С ПОРОШЕНКО

— Из-за внешней торговли и экономических контактов «Нафтогаз».

В свободное время, на рынке ходили слухи, что НАК закупает газ в Европе не непосредственно от владельцев, а не посредников, перепродававших его НАК с разницей в 5%. Говорят, эта практика была особенно активна в 2015 году, когда цена на европейский газ уже упала, а на русском — еще не.

— Это одна из любимых баек нашего политического бомонда. Это требует некоторого погружения в цифры и статистику работы газового рынка в Европе.

Что бы понять, что газ, который покупает в Европе, надо понимать, как работает европейская модель рынка газа. Ответ на этот вопрос прохождения осенне-зимнего сезона 2014-2015 годах лет. По оценкам российских аналитиков, «Газпром» потерял 6 миллиардов долларов. Что такое «Газпром»?

Он недопоставлял газ в Европу и пытался таким образом обрезать потоки газа из Европы в Украину. Они это не делают, потому что на рынке газа в Европе изменилась: это здорово, когда, в котором есть большое количество входов.

Эти источники дали на рынке, гибкость. Гибкость в том, что когда кто-то уходит и не поставляет газ, другие производители его сразу же заменяют.

В «Газпроме», судя по всему, это они пропустили в свойственной им навязчивой российской способ оценки объективной реальности. Из-за того, что он пропустил, российский газ больше не решающее значение для Европы.

Есть модели, которые сделали эксперты. Мы участвовали в их анализе и разработке. Она показывает, что даже если «Газпром» полностью прекратит поставки газа в Европу, Европа заместится. Будет определить проблемы в восточноевропейских странах, но Европа полностью заместится.

«Газпром» перестал быть критично важным для Европы. В соответствии с этим, когда мы вливаем в ту же ванну из пяти стаканов, а то мы немного от туда, говорить, что это российский газ, правильно.

Чтобы сказать, есть газ или нет, есть простой тест: может ли «Газпром» не поставляет газ в Европу, обрезать поставки газа нас? Ответ — нет. Соответственно, говорить, что это российский газ, просто неправильно.

Россияне теперь поменяли тактику и начали заливать рынок газа, потому что им нужны деньги. Цены падают, и «Газпром» теряет ликвидность — это так.

— Не ответил на вопрос о прибыли от 5% и посредников.

— Я вам очень благодарен за этот вопрос (пауза).

— Вы тянете время?

— Не тяну время. Я ищу знак, чтобы показать компании, у которых мы купили газ. (Показывает таблицу на экране компьютера, и просят не фотографировать, ссылаясь на конфиденциальность информации.)

Фото EP

Вот, к примеру. Разница между ценами на хабе в Германии и закупочные цены для VTP в Словакии – это разница, которая является ключевым показателем эффективности работы нашего подразделения об импорте газа. Как она меньше, тем лучше.

В декабре 2015 – январе 2016 года мы прошли конкурс в соответствии с правилами, утвержден ЕБРР и там контракт выиграл пять крупных компаний: Axpo, Engie, Eni, E. On и Благородный. У нас по этим тендерам лучшая разница 1 евро/Мвт·ч, есть худший 1,9 евро/Мвт·ч.

В тот момент это было очень низкое предложение, и мы будем по правилам конкурса его взял. То есть, мы для себя установили предел, выше которого цену мы не принимали.

Кроме этих компаний имеют TrailStone. Я знаю, что некоторые депутаты активно наших американских коллег о том, что эта компания точно принадлежит Коболеву. Но о результатах нам ничего не говорил. Так вот, у компании TrailStone мы купили условиями не хуже, а часто и лучше, чем эти.

Помощь, которую вы сейчас смотрите, скорее всего, перечисленные компании TrailStone. (На мониторе, в таблице есть только с экономической информацией и без обозначения юридических лиц – EP). Ее кори – американский фонд Риверстон стоимостью 30 миллиардов долларов, Кто-то считает, что люди, вложившие в бизнес, как деньги, будет играть с Коболевым в коррупции игры?

— Почему тогда СБУ создает компрометирующие вас о помощи?

— А в чем интерес СБУ писать главу «Укргаздобычи» Олегу Прохоренко письмо, что их эксперты считают, что покупка колтюбинги нецелесообразно, и может восстановить старое оборудование и использовать их? Мы не хотим, чтобы кого-то в чем-то виноваты, но мы считаем, что такие действия необъективны.

— Что вы думаете об идее создания «Украинской газовой биржи»? Когда это работает?

— Когда нас спрашивают, европейский газовый кодекс. Радио, ставки на спорт, необходимо спрос на продукты труда.

— Вы, вместе с Юрием Витренко пользователи этого обмена, или Юрий владеет его самостоятельно?

— Хорватия является бенефициаром нет фондового рынка. Какой именно, их несколько?

— «Украинская газовая биржа».

— Я не знаю. Я знаю о двух фондовом рынке, которые пытаются торговать газом. Это УМВБ и фондовая биржа, которая была основана Dragon Capital.

— Это тот, который написан на Dragon Capital, называется обмен Витренко.

— Первый раз об этом услышал. У нас есть Витренко очень близкие отношения, я знаю, что это не так. Когда мы пришли сюда, мы для себя приняли решение, что они не занимаются газовым компаниям, и мы будем его придерживаться.

— «Украинская газовая биржа» был бы хорошим оборудованием для работы, когда вы ушли из «Нафтогаза».

— Я хотел бы пойти с этого кресла (Юра, вероятно, также, с его) оставить цивилизованный, правильно работает, хороший рынок со всеми элементами этого рынка, в том числе и обмен, день балансированием, понять, маркет-мейкеры и правилами игры.

Мы поддерживаем все инициативы, которые приносят на украинском рынке для этой цели. При этом владельцы или пользователи «Украинской газовой биржи» мы не.

— Вы для себя определили некоторые ключевые критерии, после которых вы

решение об уходе?

— Число депутатов, активно обсуждает вопрос, как мне снять. Есть различные идеи. Последняя — давайте сделаем конкурс на все госкомпании нужно. Однако мы что-то сделали, так что нам такой подход кажется вполне логичным.

Однако, другие депутаты, наши сторонники, предупреждают: раньше была тема «Коболев, ты коррупционер», теперь это более-менее выходит из эфира, и новая тема — «Что, пожалуй, не коррупционер, но давайте сделаем конкурс».

— Что должно произойти, чтобы вы ушли из «Нафтогаза»?

— Точно, я пойду, если я понимаю, что условия вокруг стали такими, что мы дальше не можем продолжать делать то, что мы делаем. Имеется в виду, сделать реформы, работает нак «Нафтогаз» нормальное общество.

У нас есть конкретный план. Когда мы понимаем, что его реализация стала нереальной, и у нас нет альтернатив, то, конечно, оставаться здесь смысла не будет. Мы не считаем себя успешную команду, и уничтожить, таким образом, поставить под угрозу репутацию, которую мы построили за два года, я не хочу.

Таким образом, мы будем двигаться вперед. Мы можем делать какие-то паузы, вот теперь, если вам интересно, мы стоим на паузе.

— Почему?

— Из-за глобальной политической неопределенности даже на среднем уровне во многих министерств в глазах людей читается: «Коболев, кто ты? Тебя завтра не будет. Зачем ты пришел?».

— Потому что вас считают человеком премьера?

— Нет. Это относится ко всем. Из-за политического кризиса, люди начали «плавать». Прежде чем дать команду, — и я понимаю, с какой скоростью будет выполняться, что может быть риск. Теперь уже по-другому. Ключевые функции работают, конечно, но управляемость системы значительно влияет.

Это очень большой риск для всей страны. Дальнейшее промедление с любым решением усугубляет ситуацию.

— Отставка премьер-министра не означает вашу отставку?

— Не есть прямое отношение.

— Вы говорили, что длинный коридор, в вашей жизни — это коридор до входа в зал парламента до трибуны, намекая на многочисленные просьбы от депутатов. Это было самым запоминающимся, пожалуйста?

— Ко мне подошел один депутат, который с трибуны регулярно поливает нас грязью, и предложил свою компанию, чтобы продать нам газ из Европы.

— Кто это?

— Фамилию не скажу. Очень известный политик. Одно из моих самых больших удивлений на пост — как большое количество людей в украинской политике, которые лгут, знают, что я знаю, что они врут, но продолжают врать в лицо.

— В таких случаях, от вас не загоняют в угол угрозами пойти и решить свой вопрос выше, «через голову»? Проблема возникает потому, что вы можете легко оставаться на дежурстве уже два года.

— Слово «легко» здесь точно можно вычеркнуть. Если не ошибаюсь, на канале «1+1″ о нас показывают какие-то истории. Конечно, чемпионом канал 112, который недавно опубликовал свою декларацию о доходах на 6 млрд грн. Мне это относительно легко говорить людям «нет».

— В процессе протаскивания своих решений вас не пытаются сломать через колено?

— А как они это делают? Нет такого механизма — сломать через колено. Как?

— Перейти непосредственно к премьер-министру и через него помочь вам решить эту проблему.

— Премьер-министр это не будет делать, он очень хорошо знает меня. В эти два года, якобы, мог меня рассмотреть, так что это не происходит.

Кстати, хороший индикатор, которым я доволен, что с моим днем рождения, кроме моих близких друзей, и несколько человек, меня никто не поздравил. Перед поздравление главы нак «Нафтогаз» — это была целая эпопея, теперь этого не происходит. Я считаю, что это правильно и нормально.

Более того, какой смысл на это дать? В чем мой интерес это делать? Ко мне пришло сумасшедшее количество людей, которые сказали, что буквально вчера сидели в кабинете Петра Алексеевича, Арсения Петровича, Владимира Борисовича Гройсмана, и они точно решили, что будем завтра…

— Что вы делаете в таких случаях? Позвоните Порошенко или Яценюку подтвердить эти слова?

— Нет, конечно. Я честно говорю, что если вдруг это произойдет, и мне позвонят и скажут, я обязательно отреагирую (смех).

Фото jetsetter.ua

— Порошенко не звонит?

— Мы иногда с ним общаемся на разные рабочие темы, у меня с ним происходит прямое общение.

— Это правда, и, что вы спросили, почему газ такой дорогой?

— Это меня спрашивают все. Я объяснил, что многие, в том числе и Петра Алексеевича, как формируется разница между ценами на хабе и в Украине, от чего это зависит, как транспорт, сколько он стоит, показала плитки.

— Как часто вы беспокоитесь Кононенко?

— Это меня не касается, мы не общаемся.

— Вы в ссоре?

— Мы с ним не ссорились, но я знаю, что он один из тех людей, которые открыто говорят в парламенте, и меня критикуют, обвиняют и предлагают изменить.

— Это по линии БПП, вы общаетесь только с Порошенко?

— Я не буду говорить по линии БПП. В этом нет необходимости. Общаться с членами комитета по ЭНЕРГЕТИКЕ, они для меня главное контактное лицо в парламенте. Общаться с членами других комитетов, например, жилищно-коммунальные услуги.

Когда голосование, я туда добраться и я поддерживаю важные для нас вопросы, объяснить людям, почему это важно. Мы активно объясняли большое количество разных точек, чтобы «закон О рынке газа». Конечно, я говорю с еврооптимистами из-за идеологической близости и других причин.

С Петром Алексеевичем у нас общение обычно происходит на другие темы. Маленький секрет: он, как человек, который отвечает за внешние вопросы, много знает, и я твердо поговорить с ним о вопросах отношений с Россией.

Например, в процессе подписания первого зимнего пакета у меня было очень активное общение из Брюсселя, как президент, так и премьер-министром.

— Правда ли, что глава «Укргазобычи» Прохоренко назначен по рекомендации Порошенко?

— Не правда. Прохоренко был человек, который работал в компании McKinsey на нашем проекте. Там работает невестка Петра Алексеевича, но Прохоренко мы нашли.

— Очень много совпадений, в которые трудно поверить. Прохоренко работал с невесткой президента, но что он, якобы, ни в чем. Ваш заместитель Сергей Перелома, работал Мартыненко, но он, также, якобы, независимо от того, что…

— А я от кого? Я вам рассказал историю, как я пришел в «Нафтогаз». Подпись под моим первым приходом в «Нафтогаз» поставил Бойко. Делает ли меня это человеком Мудро? Скорее всего, нет. Мы все где-то как-то работали…

Общаться с Фирташем или его менеджерами?

— Я никогда с ним не встречался и не общался. Такой есть у меня в жизни не было. В процессе решения вопросов долгов мы поговорили с представителями компании Ostchem. Когда они на время, даже раньше срока, в полной мере урегулированы, и мы заключили с ними весь процесс, с тех пор я с ними больше не общался.

Все о: Нафтогаз, Коболєв, Коломойський, Порошенко, Яценюк